Verlag: Freedom Letters
В книге собраны заметки и очерки Анатолия Стреляного (@AnatoliStrelianyi), написанные в Украине в 2022–2023 годах. Анатолий Стреляный (р. 1939) — журналист, писатель, был комментатором проекта «Намедни. Наша эра», работал на радиостанции «Свобода», где вёл передачу «Ваши письма».
Бурная политическая история Корейского полуострова, которой хватило бы на несколько стран, прошла в середине XX века ряд развилок и точек невозврата, и в итоге из всех возможных кандидатов на месте главы государства Северная Корея оказался Ким Ир Сен — беспощадный человек, насколько блестяще одаренный в искусстве политической интриги и удержания власти, настолько же бездарный в управлении экономикой и равнодушный к нуждам большинства своих соотечественников. Ким Ир Сен, великий мастер политических манипуляций, сумел совершить почти невозможное — за пятнадцать лет после прихода в 1945 году к власти он полностью вывел страну, созданную в качестве советского сателлита, из-под контроля СССР. Было бы преувеличением называть Ким Ир Сена воплощением порока и абсолютного зла — в некоторых ситуациях он мог показать себя смелым человеком и грамотным тактиком, не лишенным порой таких качеств, как доброта, сострадание и способность к прощению. Однако именно Ким Ир Сен стал мрачнейшей фигурой в корейской истории. Он начал самую страшную войну из всех, случавшихся на Корейском полуострове, и создал одно из самых жестоких и закрытых государств на планете. Самое важное наследие Великого Вождя — выстроенная им социальная и политическая система, которая пережила его уже как минимум на четверть века, и никто не знает, как и когда ей суждено встретить свой конец.Zum Buch
64 год н. э., десятый год правления Нерона. Новая жена, красавица Поппея Сабина, старше императора на шесть лет. Она властолюбива, предприимчива и обладает изощренным умом. Нерон уже и не мыслит, как править государством без ее поддержки.Но сбывается роковое пророчество сивиллы — Рим гибнет в огне. По стране ползут слухи, что пожар возник не случайно, а по воле Нерона. Эти слухи будоражат не только простонародье, но и знать.Понимая, что его судьба теперь неразрывно связана с судьбой Рима, Нерон клянется воздвигнуть на руинах новый город — и мир ослепнет от его великолепия. Но не всем по нраву столь дерзкий замысел. В империи зреет заговор, явные враги Нерона заключают союзы с его ложными друзьями.Zum Buch
Вторая часть воспоминаний Тамары Петкевич «Жизнь — сапожок непарный» вышла под заголовком «На фоне звёзд и страха» и стала продолжением первой книги. Повествование охватывает годы после освобождения из лагеря. Всё, что осталось недоговорено: недописанные судьбы, незаконченные портреты, оборванные нити человеческих отношений, — получило своё завершение. Желанная свобода, которая грезилась в лагерном бараке, вернула право на нормальное существование и стала началом новой жизни, но не избавила ни от страшных призраков прошлого, ни от боли из-за невозможности вернуть то, что навсегда было отнято неволей. Книга увидела свет в 2008 году, спустя пятнадцать лет после публикации первой части, и выдержала ряд переизданий, была переведена на немецкий язык. По мотивам книги в Санкт-Петербурге был поставлен спектакль, Тамара Петкевич стала лауреатом нескольких литературных премий: «Крутая лестница», «Петрополь», премии Гоголя. Прочитав книгу, Татьяна Гердт сказала: «Я человек очень счастливый, мне Господь посылал всё время замечательных людей. Но потрясений человеческих у меня было в жизни два: Твардовский и Тамара Петкевич. Это не лагерная литература. Это литература русская. Это то, что даёт силы жить».Zum Buch
Leonid Mahlis - «domashnee» imja v tom smysle, chto na protjazhenii pochti chetverti veka ono ezhednevno zvuchalo v kazhdom dome byvshego SSSR, gde slushali «Radio Svoboda» - samyj avtoritetnyj iz nepodcenzurnyh golosov russkogo zarubezh'ja.
«Gospodi, napugaj, no ne nakazyvaj!» - jeto pervaja chast' zadumannoj trilogii ob istokah i paradoksah t. n. «tret'ej volny» russkoj jemigracii. Kniga vystroena na styke dvuh zhanrov – ironicheskoj prozy i intellektual'noj memuaristiki. Literaturnyj proekt avtora vmeshhaet bescennyj opyt soprikosnovenija s udivitel'nymi ljud'mi i sud'bami – ot glav gosudarstv i nobelevskih laureatov do terroristov i agentov vneshnej razvedki KGB, ot detej repressirovannyh vozhdej russkoj revoljucii do detej kaznennyh zagovorshhikov Tret'ego rejha. V chisle prochego avtor rasskazyvaet, kak obedal s Armand i Sverdlovym, kak ego soblaznjal vzjatkoj predsedatel' Soveta ministrov SSSR, ob osobennostjah medvezh'ej ohoty v lagernoj zone na Kolyme, o sklonnosti slonov k klassovoj bor'be i o vydajushhejsja roli myshej v pravozashhitnoj dejatel'nosti.
Леонид Махлис – «домашнее» имя в том смысле, что на протяжении почти четверти века оно ежедневно звучало в каждом доме бывшего СССР, где слушали «Радио Свобода» – самый авторитетный из неподцензурных голосов русского зарубежья.
«Господи, напугай, но не наказывай!» – это первая часть задуманной трилогии об истоках и парадоксах т. н. «третьей волны» русской эмиграции. Книга выстроена на стыке двух жанров – иронической прозы и интеллектуальной мемуаристики. Литературный проект автора вмещает бесценный опыт соприкосновения с удивительными людьми и судьбами – от глав государств и нобелевских лауреатов до террористов и агентов внешней разведки КГБ, от детей репрессированных вождей русской революции до детей казненных заговорщиков Третьего рейха. В числе прочего автор рассказывает, как обедал с Арманд и Свердловым, как его соблазнял взяткой председатель Совета министров СССР, об особенностях медвежьей охоты в лагерной зоне на Колыме, о склонности слонов к классовой борьбе и о выдающейся роли мышей в правозащитной деятельности.
Zum Buch
Семь лет в одном из самых знаменитых в России мест заключения — это серьезный срок, вполне достойный такого проверенного временем жанра, как тюремные мемуары. Тем более что Алексей Гавриш провел эти годы в петербургском следственном изоляторе «Кресты» не заключенным, а сначала врачом-психиатром, а потом заведующим крупнейшим психиатрическим отделением в уголовно-исправительной системе всего северо-запада страны. С этой довольно экзотической точки зрения он очень откровенно рассказывает о том, как устроена российская тюрьма и тюремная медицина: кто и ради чего там работает; кто и как сидит; кто и руководствуясь какими принципами лечит; кто и от чего лечится. Симулянты и оперативники, наркоманы и шизофреники, санитары и педофилы: что в буквальном смысле происходит в голове у всех этих объединенных очень странным и сложным местом общего пребывания людей — начиная с автора, который к финалу обнаруживает себя чудовищем и решает уйти из уголовной системы.Zum Buch
Альберт Эйнштейн говорил, что не любит давать интервью, но, как публичная фигура, не мог их избежать. При этом он ни разу не дал обстоятельного и упорядоченного интервью о своей научной карьере и наиболее интересных аспектах частной жизни. Именно этот пробел и попытался заполнить Карлос Калье, физик-исследователь NASA и большой поклонник Эйнштейна, и в результате ему удалось воссоздать портрет одного из величайших ученых в истории так убедительно, как если бы он побеседовал с ним на самом деле.С предисловием сэра Роджера Пенроуза, лауреата Нобелевской премии по физике.«Действительно ли ответы, дающиеся в моем "интервью", отражают сущность личности Эйнштейна? По большей части да. Я основывался на мнениях и взглядах, выраженных в его статьях, книгах для обычного читателя, интервью для прессы и частных письмах к членам семьи и друзьям. В некоторых случаях я использовал прямые цитаты из этих источников: они частично указаны в Примечаниях в конце книги. Личная жизнь Эйнштейна — важная часть этих воображаемых бесед». (Карлос Калье)Zum Buch
