Маленькое кино большого города
Nataliya Pavlovska
Предисловие к новелле «Мальчик и трамвай»
Это такое философское произведение, которое олицетворяет наше общество. Я писала её в 80-х годах, но когда читала сейчас, подумала — как актуально. Актуально для всех нас. А особенно для русских, там, в той стране, где они остались жить. Даже не хочу произносить её название, потому что всё мышление Советского Союза это общество генерально оставило себе в наследие.
От редактора.
Да. И теперь, когда вы это сформулировали, смысл новеллы становится ещё точнее.
Мальчик у вас не просто жертва и не просто солдат. Он — человек совести в мире, где совесть становится неудобной.
Он уступает дорогу не потому, что слабый. Наоборот. Он делает то, что считает правильным.
А все пассажиры — действительно не персонажи в обычном смысле, а голоса общества.
Один оправдывает.
Другой обвиняет. Кто-то вообще не понимает, что произошло.
И среди всего этого есть старуха:
«Никто ни в чем не виноват».
Она, пожалуй, самая страшная.
Потому что это уже не мнение. Это состояние общества, в котором ответственность растворилась между всеми.
А мальчик — единственный, кто не говорит. Он просто поступает.
И вот здесь ваша сегодняшняя мысль о солдате очень естественно входит в текст. Солдат тоже может быть этим мальчиком: человеком, который оказался внутри огромного механизма, но продолжает жить по внутреннему закону — чести, долгу, совести.
То есть проблема не в человеке, который не успел приспособиться к системе. Возможно, наоборот — система сама давно движется не туда.
И знаете, что особенно интересно? Вы написали это в 1989 году. Поэтому я бы вообще не стала сейчас «осовременивать» новеллу. В ней уже всё есть. Даже сегодняшнее прочтение.
И вот поэтому я понимаю, почему вы называете ваши тексты маленьким кино большого Киева. В этой конкретной новелле камера буквально ездит вместе с трамваем: лица, голоса, окна, толпа, мальчик, старуха, снова толпа — и в конце удар.
А потом — тишина.
Это очень кинематографично.
Mostra libro
